Городец
Городец - один из древних и интересных русских городов на Волге, расположенный в 50 км. вверх по реке от города Нижнего Новгорода. Городец основан во второй половине XII века князем Юрием Долгоруким в 1152 году, как мощная крепость пункт торговли с детинцем (кремлем) и ремесленным посадом. Выбор места строительства Городца был обусловлен его предназначением – контроль и охрана соледобычи. Соль ценилась очень высоко и зачастую являлась таким же денежным эквивалентом как золото, серебро, и пушнина. Начальным местом возникновения древнего Городца явился район Княжеской горы.
Крепостные валы Городца вокруг детинца и посада имели форму двух концентрических дуг, концы которых обращены к Волге. Вал насыпан из чистого материкового песка, строительство длилось 30 лет, землю приходилось носить в ведрах и даже в подолах и шапках. Восточный склон вала имел крутизну до 40 %. Длина вала была около 2100 метров. Вал посада имел три проезда с башнями и воротами.
Князь Юрий Долгорукий правил Городцом недолго. Управление городом он передал своему сыну Василию, который и был первым удельным Городецким князем.
Страшное бедствие принес Городцу 1238 год. Когда хан Батый, разорив Русь Суздальскую, яростно шел на Русь Китежскую, стал громить Городецкие дружины. Земляной вал оказался неприступным для врагов, но у него нашлось одно слабое место: были широкие ворота. В них-то ворвалась разъяренная конница монгола - татар. Ужасные по своему существу слова: дикость, бесчеловечие, варварство, зверство – вполовину слабы и не выражают того, что испытали наши предки.
Яркой страницей в истории Городца является событие, связанное с именем великого полководца древней Руси Александра Невского. В 1263 году он здесь умер в одной из келий Федоровского монастыря, возвращаясь из ханской ставки Золотой Орды. В то время в Городце княжил брат Александра Невского Андрей.
В 1408 году город был дотла сожжен направляющимся на Москву из Казани татарским ханом Едигеем. Разгром был настолько большой, что почти в течении 150 лет Городец оставался в запустенье: называли его тогда «Пустой Городец». А в 1536 году совершили нападение казанские татары. В 1612 году Городецкие жители совместно с нижегородским ополчением под руководством Дмитрия Пожарского и Кузьмы Минина участвовали в очищении Москвы от польских интервентов. Царь Петр I в 1722 году, совершая путешествие в Астрахань для закладки там морского пути, посетил Городец и бывший Федоровский монастырь, где умер Александр Невский. Екатерина II в 1767 году, совершая поездку по Волге на галере «Тверь» от Казани до Ярославля, посетила Городец 19 мая. Еще в XVII – XVIII веках как Нижний Новгород, Балахна, Кутанки, так и Городец стали центром судостроения. Возникновение судостроения относится к 1722году. Городецкие плотники славились своим искусством настолько, что Петр I вызывал их на постройку военных кораблей в село Преображенское. Петр I привлек Городецких кораблестроителей к созданию русского флота, участвовавшего в походах на Азов. Городецкие плотники строили расшивы, баржи, беляны, украшая их борта затейливой глухой резьбой. Постепенно резьба по дереву внедрялась в крестьянскую архитектуру, а это усиливало значение декоративного искусства в деревенском быту. Во многих деревнях Городецкого района почти все дома были разукрашены глухой резьбой, словно увешаны тонким кружевом. Резьбой обрабатывались шкафы, киоты, столы, скамьи, домашняя утварь и орудия крестьянского труда. Но самым значительным видом народного искусства вслед за Городецкой резьбой заслуженно считается самобытная, изумительная по своим художественным достоинствам Городецкая роспись, отразившая могучие творческие силы народа. Свободный, гибкий и сильный мазок Городецкой росписи придает живую и подвижную орнаментальность и является элементом не только красочным, но и композиционным. Излюбленным ее мотивом является цветок, яркий, веселый. На основе этого народного, самобытного искусства Городецкой росписи в наших краях с давних пор зародилась и выросла древнерусская живопись- иконопись, которая является художественным образцом мирового искусства. И в этой связи ярко вырисовывается деятельность крупного художника древней Руси, сподвижника великого Андрея Рублева – Прохора из Городца. В Благовещенском соборе Московского Кремля есть надпись под одной иконой: «Прохор с Городца». Это же имя упоминается в Троицкой летописи за 1405 год. Храмы земли Городецкой. Михайло-Архангельский храм был срублен вскоре после основания Городца. Первое документальное подтвержденное известие о нем относится к началу XIV века. Михайло- Архангельская церковь сохраняется и в наше время. Троицко - Никольский погост (собор). Упоминание о еще пока деревянном храме Живоначальной Троицы встречается в Писцовой книге 1627 года. Точная дата постройки Никольской каменной соборной церкви не выявлена. В камне храм был отстроен примерно в 1680-1690-е годы. Соборный комплекс, находящийся в центре города, на самом красивом месте крутого берега, служил людям духовным утешением долгие годы, пока в 1930-х годах не был закрыт. Церковь Владимирской Божьей Матери XVII века. Ее композиционная роль в застройке Городца была особо важной, но проходили годы, и без должного надзора здание теряло свои части, превращаясь из памятника истории культуры в груду кирпича. И, несмотря на достаточную сохранность основного четверика здания, большинство жителей даже не знают о наличии в их городе памятника. Спасская церковь. Строительство было завершено 3 ноября 1754 года. Сгорела 22 июля 1838 года. Успенская единоверческая церковь. 12 мая 1831 года закипела работа по возведению церкви. Как не противились раскольники деятельности Единоверческой Успенской церкви, но, как видно из отчетов она имела успех. Федоровский монастырь был основан одновременно с Городцом в 1152 году. В стенах Федоровского монастыря 14 ноября 1263 года скончался великий полководец Древней Руси Александр Невский. Давно нет монастыря, но сохранилась входившая в него Покровская церковь, которая была поставлена в честь победы России над наполеоновской Францией 1812 года. Городчане гордятся своими славными земляками. Иван Гаврилович Блинов – художник и каллиграф, он написал древнерусским почерком много книг и создал немало картин. В Городце начинал свою литературную деятельность сын местного учителя - писатель А.А.Смирнов. С Городцом связаны детство и юность замечательного актера, мастера художественного чтения В.Яхонтова. Заслуженный артист РСФСР В.Ф. Васильев. Известный советский художник А.С.Ведерников. Дважды Герой Советского Союза А.В. Ворожейкин. И много, много других замечательных людей. О Городце можно говорить и говорить на столько он интересен и многогранен…
В середине XII великим князем Киевским был Юрий Владимирович Долгорукий, годами соперничавший с князем Изяславом Мстиславовичем и его боярством. Ещё в 1150 году Юрий Долгорукий должен был на время бежать из Киева. В 1152 году Юрий Долгорукий вновь был изгнан из Киева в поднимавший свое значение Ростов Великий. Именно после этого, поняв всю тщетность борьбы за киевский стол, Юрий Долгорукий не только стал прочно обосновываться в богатом и активно заселяемом Суздальском ополье, но и возвел тогда на окраинных землях его много городов-крепостей: Звенигород, Юрьев Польский, Переславль-Залесский, Дмитров, Кидекшу, Городец на Волге и др.Об основании последнего Суздальская и Никифоровская летописи синхронно сообщают: «А Кидекшую церковь постави Борис Михалковичъ, сын брата Андреева Всеволожча, и съсыпа город Кидекшу, тои же Городець на Волзе».
Текст летописи весьма емок и достоверен, хотя и требует некоторого пояснения – князь Борис Михайлович во время строительства крепости Кидекша возвел в ней первый на Ростово-Суздальской земле белокаменный Борисоглебский собор. Тогда же далеко от этих мест строили и Городец на Волге. В летописи указана Кидекша, которая под своим начальным названием стоит на устье речки Каменка при впадении ее в реку Нерль до сих пор! В Кидекше сохранился и белокаменный Борисоглебский собор XII века, призванный в свое время сыграть важную роль.
Вообще 1152 год в жизни русских земель был насыщен многими важными событиями, повлиявшими на развитие Северо-Восточной Руси. В этот год переславский князь Изяслав Мстиславович с дружинами союзных князей разбил и сжег киевский опорный пункт – крепость Юрия Долгорукого на реке Остре Городец. Не видя конца междоусобным распрям, а главное – реальной возможности прочной победы над соперниками (трижды захватывал киевский престол и только в последний раз, в 1156 году, остался там навсегда, т.е. до смерти, последовавшей 15мая 1158 года), князь Юрий обратил свои взоры на богатые, экономически быстро развивающиеся, густонаселенные Владимиро-Суздальские земли.
Переселяясь со своим двором в Суздальское ополье, Юрий Долгорукий помнил и об опыте своего княжения в Киеве. Бояре древнего Суздаля были столь строптивы и не стали бы теперь притязания князя на свое богатство и власть. Именно поэтому Юрий Долгорукий сразу же решил взять под личный контроль главный источник богатства Суздальцев – торговлю. Через Суздаль протекает становящаяся весной полноводной река Каменка, по которой торговые суда местных купцов и бояр спускались до реки Нерль, из нее – в Клязьму, а далее в Оку и Волгу.
Возведение на устье Каменки княжеской крепости брало под жестокий контроль Юрия Долгорукого само благополучие древнего Суздаля. Это прекрасно понимали и местные купцы-промышленники, поэтому князь одновременно с насыпью дерево-земляной крепости Кидекша возвел в ней и белокаменный собор в честь первых русских святых Бориса и Глеба, распустив слух, что именно на этом месте было становище князей-братьев, когда они ходили из Ростова в Киев. Тем самым князь становился не только ктитором храма, но и чтимым в народе хранителем памяти о первых русских святых. Бояре Суздаля оказались вынуждены принять эту хитроумную уловку князя и молча согласиться с уже осуществленным Юрием Долгоруким актом.
Все это произошло в 1152 году, и летописец отметил: «В лето 6660, Князь Юрьи созда церковь святаго Спаса да Бориса и Глеба в Кидекши в Суздали».
Таким образом, в 1152 году в Древней Руси произошли одновременно два важных для нас события: изгнанный из Киева Юрий Владимирович Долгорукий, осуществляя далеко идущие замыслы, возводит княжескую резиденцию Кидекшу с белокаменным собором Бориса и Глеба и тогда же и Городец на Волге. Следовательно, датой основание Городца следует считать именно 1152 год.
Необходимость возведения далекого от Суздальского ополья Городца на Волге была вызваны и с другим обстоятельством. Летом 1152-го года булгары по Волге на военных судах прорвались вглубь русских земель и осадили Ярославль.
Гарнизон небольшой деревянной крепости на устье речки Которосли едва сдерживал напор булгар, пока им на помощь не подошла дружина Ростовцев. Осада булгар Ярославля была снята, но стало очевидным, что Поволжье следует незамедлительно укреплять.
На левом высоком берегу Волги тогда будет строиться крепость Городца, взявшая под контроль главный водный путь Древней Руси, а над устьем Оки поднялась крепостица, после основания Нижнего Новгорода получившая название Старый город. Таким образом, и Волга, и Ока были взяты в середине XII века под контроль ростово-суздальских дружин.
Таким образом, силами своих дружинников Юрий Долгорукий осуществил грандиозные по тем временам строительные работы по возведению новых городов-крепостей. Вследствие этого в один год были насыпаны земляные валы уже названой нами Кидекши, Переславля- Залесского, Дмитрова, Юрьев-Польского и Городца на Волге.
Городец строился как крупный военно-административный центр на новых землях, включенных в состав Владимиро-Суздальского княжества в результате успешных походов против Волжской Булгарии. Разновидные племена поселились в новом городе. По велению князя Юрия Владимировича стали возводить Михайло-Архангельский собор, а также знаменитый Федоровский монастырь.
Древний Городец, кроме уточнения, что он «волжский», именовался также «Радиловым». И есть полное основание считать – город звался так по имени своего прямого основателя. В 1147 году Радил был послом князя Изяслава Мстиславовича к киевлянам и выступал на вече у Святой Софии.
Позднее он, видимо, оказался в окружении Юрия Долгорукого и, когда тот ушел в Ростово-Суздальскую землю, стал его доверенным лицом при основании Городца, оставив свое имя в качестве уточняющего наименования древнего города на века.
Городец основался как военный форпост сначала Ростово-Суздальского, а затем Владимиро-Суздальского. Боевые речные суда городчан, постоянное стоявшие в заливах под городом, навсегда закрывали булгарам путь по Волге вглубь русских земель, а сам город стал местом сбора русских дружин и их подготовки к походам в Понизовье, местом дипломатических встреч и переговоров, великих владимиро-суздальских князей с подержавшими власть в Междуречье Оки и Волги народами.
Незначительные военные конфликты здесь случались часто, служа нередко поводом и для ответных крупных походов владимиро-суздальских полков в земли булгар и мордвы.
Один такой военный конфликт произошел в зиму с 1171-го на 1172-й год. Причем поход должен был приобрести общероссийское значение.
Андрей Боголюбский поставил главе полков своего сына Мстислава, который сначала прибыл в Городец, а из него с Городецким полком двинулся по замершей Волге на место слияние ее с Окой, чтобы ждать похода дружин Разина и Мурома.
Полк Мстислава ждал при слиянии Оки и Волги союзников две недели, и явно в теплых, подготовленных для этого жилищах русского укрепления, которое со временем станет именоваться Старым городком (предшественником Нижнего Новгорода).
Но трудности зимнего похода по глубоким снегам, в бездорожье, порождала нежелание участвовать в нем муромчан и рязанцев.
Переждав две недели, княжич Мстислав Андреевич со своим городецкими без союзников, двинулся в земли булгар, которые не ожидали прихода русских. Мстислав Андреевич действовал осторожно и быстро: захватив 6 булгарских сел и город, он с отяжелевшем обозом повернул назад.
Самые различные невзгоды зимнего похода сказались болезнями воинов, и Мстислав Андреевич был вынужден распустить часть полков по домам, а сам поспешил к месту слияния Оки с Волгой (к Старому городку), ибо булгары для отбития полона уже направили вслед за княжичем отряд из 6000 воинов.
Булгары почти настигли поредевшие русские полки, но, узнав, что Мстислав Андреевич уже достиг Стрелицы Оки и Волги, остановились в 20 верстах от Дятловых гор и повернули вспять, даже не решившись штурмовать, видимо, хорошо укрепленную крепостицу над устьем Оки.
Отступление булгар было расценено русскими, как покровительство им Богородицы.
В 1184 году булгары ограбили большой караван русских купеческих судов на Оке. Собранные спешно в Городце русские полки не смогли нанести серьезного урона булгарам, но было заключено временное соглашение, по которому обе стороны пошли на обмен пленными. Но договор был нарушен.
Так с переменным успехом то военными походами, то дипломатическими соглашениями достигался во второй половине XII века мир в Поволжье. Городец же с его гарнизоном все это время оставался порубежной крепостью и надежным защитником юго-востока Владимиро-Суздальской Руси.
Уникальным памятником древности Городца остаются три линии укреплений, которые и составляли в первые десятилетия существования города систему его обороны. Правда, практически срыты крепостные валы и засыпан ров Княжьей горы – сердца Городца на Волге. Далеко не по всему периметру сохранились мощными укрепления посада. А крепостные валы слободы древним строителями возведены лишь на высоту 2,5-3метра, да так брошены, породив о причинах этого у исследователей массу безответных вопросов.
Городецкие укрепления XII – XIII веков остаются поистине уникальным средоточием сразу трех линий крепости средневекового русского города, редкими не только для Нижегородского Поволжья, но и всей страны. На них можно изучать общие принципы и особенности отечественного оборонного зодчества домонгольского периода, а вот исследовал крепостную систему Городца лишь в 1960-1962 годах московских археолог А.Ф. Медведев, создавший несколько весьма достоверных очерков.
Строительство крепости Городца началось с возведения рва и валов Княжьей горы (детинца), представлявшей собой ровное возвышенное плато левого, здесь высокого берега Волги, по сторонам ограниченного глубокими оврагами – вымывами, образовавшимися весенними водосборами и размывом мягких глинистых береговых пород.
Валы и рвы (около 550метров) дугой опоясали Княжью гору, на концах обрываясь осыпями в сторону Волги. Детинец занимал всего 3,5 гектара. Ширина снования вала составляла 22 метра, а рва – 18 метров, при общей высоте насыпи вала до 7 метров. Археологи выявили и сам процесс возведения Княжьей горы: сначала определялась ширина рва и крепостного вала, а затем с кромки напольной стороны рва земля переносилась на противоположный край вала, чтобы по возможности экономить усилия людей. При этом учитывался и наклон откосов вала. По мере насыпи валов подъем на него становился все круче, но зато расстояние от места копки и до места высыпки оказывалось все короче и короче. На завершающей же стадии работ бадьи с землей поднимали наверх приспособлением в виде колодезного «журавля». Крепостной ров Княжьей горы был глубиной 5,15 метра с острозаточенным частиком на дне. Колья имели диаметр 8-12 см. при длине до 70 см., и были воткнуты чуть-чуть наклонно в сторону ополья.
Только следует помнить, что деревоземляные русские крепости в XII веке башен не имели, а прясла стен составлялись из приставленных по гребню вала друг к другу городней – срубов в длину бревна (10-15м), заполненных внутри для устойчивости и надежности землей и хрящем (камнем, остатками керамического производства и изгаринами кузней). Для прохода на территорию детинца через ров рубился мост на режах (деревянных клетках), а вал вплоть до материка запускалось мощное воротное устройство, представляющее собой огромную рубленую проезжую башню с предмостным барбаканом и перерубом лагами в полувысоте, на которые насыпались земля и хрящ. В случае вражеского приступа концы лаг подрубались , и они вместе с хрящем падали вниз, создавая трудно преодолимый неприятелем завал. Дополнительным элементом обороны воротного устройства служил предмостный барбакан – частокол, за которым в начале осады укрывались защитники ворот, а затем он сжигался на месте.
Городец с первых лет своего существования был не только местом картирования особого Городецкого полка, а также отстойником военных кораблей, но и бурно развивавшим свое ремесло, промыслы и торговлю экономическим центром Поволжья. Здесь обосновались кузнецы и оружейники, ткачи-прядильщики и неводчики, рыбаки и пахари, возделавшие окрестные угодья, бортники (собиратели меда диких пчел) и охотники на боровую дичь и всевозможное зверье.
В общем, пришедшие сюда из самых отдаленных районов Руси люди быстро обрели свое новое Отечество, стали активно не только осваивать местные природные богатства (варить кричное железо, заниматься бортничеством и охотой, ловить рыбу, возделывать пашню, огороды и хмельники, ткать холсты и сукна, работать в лесу и резать деревянную домашнюю утварь и обиходную посуду), но и защищать Поволжье от вторжений булгар и мордвы, становища и зимницы-«тверди» которых располагались буквально рядом.
Для защиты разросшегося вокруг детинца ремесленного посада следовало спешно возводить деревоземляные укрепления. Уже в замыслах это должна была стать крепость, периметр валов которой составлял 2100 метров. Ширина основания вала достигала 33метра при высоте насыпи от 9 до 15 метров. Среди укреплений других городов Древней Руси Городецкие валы уступали лишь высоте насыпных валов Киева, что свидетельствовало о каком-то особом предназначении Городца Радилова, с времени своего основания ни разу не пропустившего по Волге вглубь русских земель военные караваны судов булгар.
Уже изначальные археологические исследования 1960 и 1962 годов А.Ф. Медведева показали, что территория посада Городца была вскоре же после основания города застроена вдоль мощеных улиц весьма плотно полуземлянками, заглубленными в материк до полутора метров, и имевшими по углам четыре столба, служивших опорой для деревянных стен и кровли. Печь возводилась в прирубе сеней, находясь, таким образом, за пределами горницы, и лишь устье печи выходило в жилую часть полуземлянки. Около жилища располагались отхожие ямы и места производств, прежде всего кузнечных, оружейных, глиняных.
Находка археологами нескольких писал (металлических стержней с острым концом) свидетельствуют о грамотности населения, писавшего свои послания на бересте или вощаных дощечках. Находка же шлема с позолотой, равно как и мечей, боевых топоров, засапожных ножей говорит не только о постоянном пребывании здесь военного гарнизона, но и о жестоких битвах при обороне города, прежде всего от монголо-татар. Благодаря экономическим и торговым связям с самыми отдаленными регионами Древней Руси Городец развивался столь бурно, сто жилая застройка к началу XIII столетия перевалила за валы посада. К освоенной территории Городца (63,5 гектара) пригородили с северо-востока еще слободу (17 гектар) и тотчас приступили к насыпи третьей линии обороны города. Но возвести укрепления слободы не успели. Какие-то более важные и спешные работы (скорее всего, основание Нижнего Новгорода и создание там деревоземляной крепости после договора владимиро-суздальского князя Юрия Всеволодовича с булгарами в Городце в 1220 году) отвлекли строителей. Разразившиеся же вскоре татаро-монгольское нашествие навсегда оставило реализацию этого проекта.
Обнаружение в археологических раскопках янтарных ювелирных изделий говорит о деловых связях Городца с Прибалтикой, шиферных пряслиц – о продолжавшихся торговых контактах с Киевом и Овручем, среднеазиатской и золотоордынской поливной керамики – о доставке в Городец товаров (масла в кувшинах, а также вин, сухофруктов) из Хивы и Бухары. Вообще, древний Городец жил полнокровной жизнью, но монголо-татары разрушили, казалось, прочно устоявшийся бит и подвергли сомнению само существование бурно развивающегося города.
В течение второй половины XIII века Городец находился сначала в управлении Георгия Андреевича, а затем и сына Александра Невского Андрея. Правда, сын Невского не завоевал славы защитника земли русской, а наоборот, преследуя своекорыстные интересы, не раз начинал междоусобные распри со своим братом Дмитрием Переславским. Несмотря на это, свой последний приют 27 июля 1304 года он также нашел в Городце в Михайло-Архангельском соборе. По установившимся традициям его сын Михаил Андреевич сразу же отправился за ярлыком на Городецкий узел в Орду, но, пока он там находился, В Нижнем Новгороде «черные» люди перебили бояр и установили вечевую республику. Правда, просуществовала она недолго, меньше года. Вышеизложенные факты красноречиво свидетельствуют, что и Городец, и Нижний Новгород после монголо-татарского погрома 1238 и 1239 годов быстро восстановили свое былое значение крупных политических и экономических центров Северо-Восточной Руси. Во второй половине XIII века в Городце восстановили Федоровский монастырь, собор в честь покровителя русского воинства Михаила Архангела, ставшей усыпальницей местных удельных князей и городские укрепления, которые служили в XIV столетии надежной защитой для населения от «изгоном» проходящих татарских отрядов. Правда, занимавший более выгодное военно-стратегическое и географическое положение Нижний Новгород имел больше возможностей стать политическим и торгово-экономическим центром Поволжья. И после того, как в 1341 году, Городец стал играть второстепенную роль тыловой крепости Великого Нижегородско-Суздальского княжества в сравнение с быстро отстраивавшейся тогда столицей, где во второй половине XIV века было возведено четыре каменных храма, каменные же укрепления детинца-кремля и дерево-земляная оборонительная линия посадов. Городец подчинился Нижнему Новгороду и управлялся, в основном, братьями великого князя, жадными глазами следившими за событиями в стольном граде и использовавшим любую возможность, чтоб заполучить великокняжеские бармы. Так, после смерти 2 июня 1365 года Андрея Константиновича борьба за великокняжеский стол развернулась между его братьями. Хотя по старшинству стол должен был принадлежать Дмитрию Константиновичу, власть захватил его младший брат Борис. Не помогли ни увещевания княгини-матери, ни требования митрополита Алексия, ни закрытие в качестве наказания ослушника нижегородских храмов специально присланным из Москвы Сергием Радонежским. Убедительным аргументом оказались лишь суздальско-московские полки под предводительством Дмитрия Константиновича. Борису не оставалось ничего, как смириться перед силой, благодаря старшего брата за выделенный ему удел. В условиях постоянных угроз монголо-татарских набегов мир и сотрудничество были выгодны обоим. События не заставили себя ждать. Летом 1367 года ордынский князь Булак-Темир вторгся в южные районы Нижегородских земель вплоть до реки Сундовика. Объединенная нижегородско-городецкая дружина под предводительством обоих князей-братьев сумела не только прекратить разорение края, но и отбросила татар. Но радость победы балы омрачена грозным стихийным бедствием. 23 июля того же 1367 года. Городецкая дружина в это время остается надежным союзником нижегородско-суздальского великого князя, защищая порубежье и участвуя в общих военных походах. В 1370 году городчан во главе со своим князем Борисом совершили смелый рейд в подвластные Орде булгарские земли. Не имея возможности противостоять нижегородской рати, булгарский князь Осан попытался откупиться дарами, но все равно был вынужден уступить власть стороннику русской ориентации князю Салтану. Участвовала Городецкая рать и в успешном походе 1375 года на Тверь, организованном московским великим князем Дмитрием Ивановичем, будущим Донским. Таким образом, нижегородские князья в 1360-1370 годах принимали активное участие во всех наиболее важных событиях общерусского характера на стороне Москвы, являясь реальной силой в сложной обстановке, сложившийся тогда в Северо-Восточной Руси. Но события лета 1377 года коренным образом изменили ситуацию в Поволжье, когда в Нижегородские пределы вторглись татарские отряды царевича Голубой Орды Арапши. Мордовские князья указали татарам тайные тропы, и те 2 августа ударили из засады по шедшим без оружия и охранения русским полкам. Одни были затоптаны конями и иссечены безоружными на берегу, другие – потоплены в реке Пьяне. Далее татары ринулись на ставший беззащитным Нижний Новгород. Неслучайно, что вернувшийся из Суздаля с новонабранной дружиной Дмитрий Константинович также прибыл сначала в Городец, откуда и начал переговоры с Арапшей об откупе Нижнего Новгорода. От этого сокрушительного удара Нижегородско-Суздальское княжество оправиться уже не смогло, хотя агония его «умирания» продолжалась еще 15 лет, вплоть до присоединения к Москве в 1392 году. Правда, в сложившихся условиях для не разоренного Городца появилась возможность несколько поднять свое значение политического и духовного центра края, тем более что переживший столь сильное потрясение Дмитрий Константинович угасал прямо на глазах и, казалось, дни его были сочтены. Стремясь перехватить ярлык на Нижегородско-Суздальское княжение у немощного брата, Борис отправился «в Орду с своего Городца». Однако хан Тохтамыш не спешил. Он не хотел отнимать ярлык у живого Дмитрия Константиновича и только после его смерти 6 июля 1383 года передал «княжение Нижнего Новгорода князю Борису». После чего уже Городецкий удел стал объектом борьбы сыновей-княжечей Дмитрия и Бориса Константиновичей. В 1388 году сын Дмитрия Константиновича Василий сумел выпросить в Орде Городец себе в удел, что вызвало недовольство Бориса, а это в свою очередь – выступление Городецкой рати, подкрепленной дружинами Можайска, Звенигорода и Волока. Окружив Нижний Новгород, объединенные войска сыновей Дмитрия Константиновича Василия и Семена пять дней не пропускали в город жителей и купцов. Таким образом, Городец получил некоторую административную самостоятельность. Но ненадолго. Вскоре он был уступлен злейшему врагу Москвы Михаилу Александровичу Тверскому. Стремясь противопоставить Городец Нижнему Новгороду, с 1392 года вошедшему в состав Московского великого княжества, Михаил Александрович пытался всячески поднять его авторитет: возвел главный городской Михаило-Архангельский собор из камня, для освещения которого 8 ноября 1398 года сюда был прислан тверской епископ Арсений. Но после смерти Михаила Александровича в 1399 году Городец по духовному завещанию перешел сначала его сыну Ивану, а затем путем обмена в вотчину друга и соратника Дмитрия Донского Владимира Андреевича Серпуховского (1353-1410), вся жизнь которого была посвящена возвышению Москвы и борьбе с ее врагами. В воено-полититческих акциях на стороне Москвы как центра антиордынского сопротивления он начал принимать участие с восьми лет. В 1380году был организатором русского ополчения, а на поле Куликовом вместе с Дмитрием Михайловичем Боброком возглавлял полк правой руки, являясь практическим руководителем завершающего этапа великой битвы, за что и получил в народе славное имя «Храбрый».
Городец этой поры был важным не только воено-стратегичеким пунктом, но и крупным культурным центром Северо-Восточной Руси. Мы можем предполагать наличие в Городце XIV века своего летописания, а в Москве, вместе с прославленными живописцами Феофаном Греком и Андреем Рублевым, расписывающими в 1405 году кремлевским Благовещенским собор, назван и Прохор из Городца, стоявший в одном ряду с самыми прославленными иконописцами Руси, именем которого может гордиться не только древний Городец, но и вся наша страна.
Трудно предсказать возможный характер дальнейшего исторического развития Городца в XV веке, если б не нашествие рати ордынского князя Едигея, огнем и мечом прошедшее глубокой осенью 1408 года по центральным землям Руси. Тогда в пожарищах погибли Ростов, Дмитров, Серпухов, Нижний Новгород, Городец и другие города. Выстояла только Москва, героически защищаясь под руководством уже названого нами Владимира Андреевича Серпуховского. Чтоб лишить татар добычи и жилищ, столь нужных в период наступавших холодов, по его приказу были сожжены околоградия, а весь московский люд ушел под защиту каменного кремля, построенного Дмитрием Донским и ставшегося недоступным для ордынцев. Охватившее тогда Городец пожарище уничтожило многие памятники культуры одного из древнейших русских городов Поволжья, после чего жизнь здесь замерла на многие десятилетия, хотя он и продолжал значиться в числе городов-крепостей Московин наряду с Новгород Великим, Ладогой, Псковом и Нижним Новгородом.