Занкиев, Якуб Камалиевич

Материал из Letopisi.Ru — «Время вернуться домой»
Перейти к: навигация, поиск
Занкиев Якуб Камалиевич.jpg

В ярком созвездии именитых деятелей образования и культуры сибирских татар звездой первой величины являлся Я.К.Занкиев, Заслуженный учитель школы Российской Федерации, член Союза писателей Республики Татарстан, писатель, Заслуженный гражданин города Тобольска и Загвадинского сельского поселения. Плоть от плоти родственные качества: житейскую мудрость, исключительное трудолюбие, порядочность и честность, почитание старших и заботу о детях, терпимость и сострадание. Талантливый мыслитель и художник, одаренный педагог и психолог, превосходный знаток и ревнитель народной жизни, автор увлекательных произведений возбуждает глубокий интерес современников, неравнодушных к его уникальному наследию.

Судьба Я.К.Занкиева неотделима от драматической участи того поколения соотечественников, которому досталось изведать и пережить великие победы и бедствия 20 века. Он ровесник Октября, Родился в Иркутске. Его дед Занки уроженец юрт Епанчино Тобольского уезда, лишенный земельного надела, был вынужден покинуть родину и перебраться в Иркутск. В течение 25 лет он возил товары купца Метелева на лошадях из Иркутска в Тобольск и обратно-в Иркутск. Один рейс занимал два года… Здесь в Иркутске от счастливого брака его сына Камала Занкиева и Закирабаны родился сын Якуб Камалеевич. Победа Октябрьской революции, декрет советской власти о передаче земли крестьянам побудили Занкиевых возвратиться в Епанчино. Якубу исполнилось восемь лет, когда умерла его мать Закирабану. Отец вернулся в Иркутк, оставив сына и двух малолетних дочерей в семье дяди Салахитдина. Заботливые родственники и учителя, обнаружив завидные умственные способности и любознательность Якуба, помогли ему получить среднее образование и желанную профессию. В 1935 году он досрочно окончил Тобольский татарский педагогический техникум, получил назначение в Сеитовскую национальную школу Ярковского района.

В 1941 году его призвали на военную службу, но по причине болезни скоро демобилизовали, отпустили в город Тюмень к семье. Видимо, молодость победила. Ему стало лучше, стал ходить на работу в Тюменское пехотное училище, эвакуированное из Таллина, устроили заведующим вещевыми складами, где хранилась гражданская одежда курсантов. После поступления в училище курсантам давали военное обмундирование, а их одежду передавали в тюрьмы, строительные батальоны. Ему разрешили сменить свои лохмотья, в которых вернулся со стройбата №657. К весне стал поправляться, хотя болезнь все ещё давала о себе знать.

В мае 1942 года в городе Тюмени сформировали две истребительные противотанковые артиллерийские бригады (ИПТАБр): шестую и седьмую. Прадед решил уехать на фронт добровольцем. Он сообщил об этом военкому. Военком похвалил и велел зачислить его в седьмую бригаду. Седьмая бригада располагалась в освобожденном универмаге по улице Республики. Их учили быть радистами, телефонистами, разведчиками. В июне 1942 года в составе сформированной бригады он отправился на фронт в товарном вагоне.

Первый бой приняли на реке Дон в г. Воронеже. Этот город дважды переходил из рук в руки. Из этого можно понять, какими ожесточенными были эти бои. Очень многих однополчан они потеряли в боях за Воронеж. Пришло пополнение. К осени, находясь на левом берегу реки Дон, вели местные бои. Больше всего оборонялись, отбивали атаки фашистов. Он с одним уйгурцем, Саутом Турдыбакиевым, парнем хорошим, честным, работали на одной радиостанции 6-ПК (полковая коротковолновая). Один из них во время боев таскал на плечах передатчик, другой - приемник. Эта радиостанция была тяжелая, очень капризная. Не зря солдаты говорили: «6-ПК ломает бока». Держали связь между командиром батареи на наблюдательном пункте и огневой позицией (батарея 76 мм противотанковых пушек). Во время боев седьмую бригаду перебросили к месту прорыва немецкими танками боевых позиций советских войск. Но для переброски всей бригады в целом не хватало автомашин, поэтому перебрасывали частями. Так было и в Курской области Горшеченского района в селе Средне-Дорожном. Их батарею с комбатом Саблиным привезли первыми. Затем поехали за снарядами и остальными. Штаб полка был с ними. Начальником штаба был капитан Анкудинов. Тут их окружили немцы. Это было в зимнее время. Бригада свои пушки устроила в снежных позициях. У радиостанции сели батареи, она перестала работать. Якуба Камалеевича с другом Турдыбакиевым Саутом с личным оружием (винтовками) передали к обороняющимся в снежных окопах ребятам. Отбивались, пока были патроны. А машин, ушедших за снарядами и за другими батареями, немцы отрезали. Немцев было очень много, так как у них не было зимней одежды, они мерзли и лезли напролом, как саранча в деревню. Бои уже продолжались третьи сутки. И у немцев, как и у нас, кончились продукты, стали голодать. В этот день немецкие самолеты на парашютах бросали бочки со сливочным маслом. Эти бочки упали в нейтральной зоне. Тут бригада поднялась в атаку, и в рукопашном бою отобрали масло у немцев. Старшина всем разделил мерзлое масло штыком. Также поделились маслом с комбатом Саблиным.

Ночью комбата вызвали в штаб полка. Ему велено было держаться здесь, но немцы, оказывается, уже зашли с другого конца деревни. Надо было стараться всеми силами не пропустить их дальше. Старший лейтенант Саблин обратился к Якубу Камалеевичу: "Поскольку у тебя нет снарядов, ты с ними затворы пушек, спрячь их. Тебя мы берем заместителем начальника штаба по разведке". Саблин взял его к себе связным. Перед закатом солнца Саблину дали задание узнать, как обстоят дела на другом конце села. Он, взяв Занкиева разведчиком, вместе ползком направился к крайнему дому. А немцы бесперебойно стреляли из пулеметов в их сторону. Они дошли до своих, охраняющих крайнюю хату, там спрятались от пуль за русской печкой. Солдаты рассказали им, что немцы с западной и восточной сторон большими группами пошли окружать всю деревню.

Когда они приползли до штаба, Саблин доложил обстановку начальнику штаба капитану Анкудинову. Начальник штаба ещё сказал Саблину: "Готовься выйти из окружения. Пусть все командиры орудий спрячут затворы и готовятся ночью прорваться и выйти из окружения". Один тяжело раненный солдат услышал об этом и стал упрашивать начальника штаба не оставлять его. Капитан успокоил солдата, сказав, что немцы его не тронут, а хозяйка - бабушка будет ухаживать за ним. Ночью из одной пушки соседней батареи в сторону немцев бронебойными снарядами сделали пять-шесть выстрелов. В соседнем доме лежали тяжелораненые солдаты, с ними оставили одну медсестру, считая, что немцы их не тронут. Около пятисот человек, как куропатки, нырнули в снег и двинулись в лес. Немцы, уже занявшие все дома в большой деревне, зашевелились, стали стрелять из пулеметов и автоматов. Многие были убиты и ранены. Так ползли около двух часов, достигли леса, спрятались от пуль. Все очень устали, промокли, дремали стоя, обняв березы. А потом "плясали", чтобы согреть ноги.

Два раза отправляли на разведку в ближайшую деревню очень уставших солдат, но они не возвращались.

На следующее утро начальник штаба посмотрел по карте и сообщил, что до следующей деревни километра три. Взяли на учет, у кого, сколько осталось патронов, гранат. В обед двинулись в деревню. Им было велено около той деревни поднять как можно больше шума, выстрелить пять-шесть раз и с криком "Ура!" ворваться в деревню. Так и поступили. К счастью, там не было немцев, стояли только их обозники. Немцы, побросав все, отступили. Солдат встречали в теплых домах хозяева и угощали их картошкой, соли не было. Старшина всем раздал по котелку пшеницы. Эту пшеницу солдаты мололи на жерновах в крупу и пекли лепешки на печках. Мой прадед Турдыбакиевым поочередно стояли на посту, а свободные спали или работали с жерновами. Так они просидели в этой деревне три дня. Затем пришли разведчики с донесением, что советские части атаковали д. Средне-Дорожное, заняли ее. Было много убитых с той или с другой стороны.

Командование бригады решило вернуться обратно в ту деревню, где были спрятаны орудийные затворы. Среди ночи солдат снова повели пешком в другое место для пополнения. Солдаты шагали вереницей друг за другом, шли без отдыха, очень устали. На другой день они добрались до нового места. Около месяца Якуб Камалеевич там лечил натертые, обмороженные ноги. После пополнения опять начались бои. И так до весны 1943 года. Весной прадеда и Степанова вызвали в штаб бригады, откомандировали их учиться в 1-ое Ленинградское артиллерийское училище, которое было эвакуировано в город Энгельс недалеко от Саратова. Проучились 11 месяцев, и все это время их досыта не кормили. С утра до вечера были занятия. После его окончания они стали офицерами, прицепили им погоны младших лейтенантов с одной звездочкой и их обратно отправили в свою часть на фронт в качестве офицеров, командиров взвода. Якуб Камалеевич тогда попал в 10-ю гвардейскую ИПТАБр (истребительно-противотанковая артиллерийская бригада) в 230 гвардейский полк (ИПТАП), где командиром взвода управления 5-ой батареи был комбат Мареев. В этой части он участвовал в тяжелых боях за освобождение Украины, Польши, Чехословакии. Заняли города Тернополь, Львов, Сандомирский плацдарм в Польше, уже наступали на Берлин. Но по просьбе чешских повстанцев повернули их по берегу реки Эльба на Прагу. Бригада участвовала в боях за освобождение Праги, которую заняла 9-10 мая 1945 года.

После войны бригада находилась в городах Чехословакии, Австрии на берегу Дуная, стояла в городе Сант-Пельтен. Из этого города Якуба Камалеевича Занкиева, по его просьбе, как учителя, демобилизовали в сентябре 1946 года.

Мой прадед награжден орденами "Красная звезда", Отечественная война I и II степеней", медалями "За победу над Германией", "За освобождение Праги", "За освобождение Украины", "За освоение целинных и залежных земель", "100-летие В.И. Ленина", "100-летие Г.К. Жукова" и 15-ю другими медалями, дипломом Тюменской областной Думы и другими грамотами.

И после войны он не забывал о своих боевых товарищах. В музее Епанчинской школы хранятся наказы от ветеранов 10 гвардейской ИПТАбр, письма, рассказы о разведчиках. Якуб Камалеевич стал организатором, вдохновителем патриотического движения "Никто не забыт, ничто не забыто". После войны в 1988 году он написал книгу об учителях, об истории, обычаях, этнографии своих земляков «Зори Иртыша» в двух частях. В 1995 году увидела свет вторая книга «Любовь объятая пламенем», в мае 1994 года в городе Тюмени издан сборник рассказов для детей «Остроушко».

В 2003 году прадедушки не стало. Я считаю, что имена таких людей, как он, не должны быть забыты. Люди должны помнить, какой нелёгкой ценой завоёвывалась победа. 19 марта 2005 года, в день 105- летнего юбилея нашей школы состоялось открытие мемориальной доски. Для Епанчинской школы это очень торжественное и важное событие. Епанчинской школе присвоено имя Якуба Камалеевича Занкиева - это дань памяти скромному, трудолюбивому и удивительному человеку, Человеку с большой буквы. Я горжусь тем, что учился в 1 классе в школе имени участника Великой Отечественной войны. Память о нем живет в наших сердцах. Мне хотелось бы, чтобы он не был забыт ни как герой, ни как человек.

Я очень горжусь жизнью своих прадедов. Мне интересно знать их жизнь, их истории. Как капля в море, как песчинка в пустыне, так и моя семья - это одна из миллионов страниц очень интересной и увлекательной книги под названием История России. «Из всех даров остаётся только доброе имя, и несчастен тот, кто не оставит даже этого»,- говорил Саади.

Я очень горжусь, что ношу фамилии моих прадедов. Я навсегда запомню их имена и добрые дела. И когда мои дети и внуки будут учиться в школе, я покажу им этот проект, и, прочитав его, они так же, как и я, поймут самое главное: в жизни человека важнейшими являются две вещи – доброе имя и мирная Родина.

Делая заключение своей работе, мне хочется подчеркнуть – очень важно сохранять семейные традиции, преемственность поколений, не забывать имена наших предков, которые в тяжких трудах, подчас ценой своей жизни, строили для нас благополучное будущее. Именно у них мы можем брать уроки мужества, трудолюбия, душевной доброты, бескорыстия и оптимизма.

Персональные инструменты
Инструменты
Акция час кода 2018

организаторы проекта