Заметки Петра Шафирова по пути следования на землю Кольскую

Материал из Letopisi.Ru — «Время вернуться домой»
Перейти к: навигация, поиск


Команда Мурманчане гимназии 3 г. Мурманска для сборника "Путевые заметки XVIII века"


Герб г. Кола

Заметки Петра Шафирова по пути следования на землю Кольскую. Все началось в тот день, когда Петр Шафиров встретил друга своего Степана Абаляева. Сказывал друг его бывалый, что трудится ныне будет в артели промышленников-летников А.Д.Меньшикова на самом севере России – в Беломорье. Что переправляют их со товарищами в далекий городок Кола для лова трески и сельди. Как и поморы с Двины, Онеги, Кеми, Керети и других мест пойдут они на мореходных судах, называемых лодьями к месту лова. Но в артель-то Степан записался неспроста. Хочет он побывать в тех землях, потому как слыхивал про запрестольную икону Божией матери. Животворящая она будто, красоты необычайной. А хоронится икона та в соборе Воскресенском, что в Коле-городке. Будто бы построен собор тот уж сто годков как да из дерева крепкого! Петр Шафиров, не мог удержаться, чтобы не спросить Степана: «Нельзя ли и ему в артель записаться? Уж очень интересно и икону ту и собор своими глазами увидеть! Посодействуй, прошу тебя, товарищ дорогой!» И вот наступил день долгожданный! Петр Шафиров получил разрешение вступить в артель. Решил запись вести событий, что с ним приключатся в дороге дальней. «Из Санкт-Петербурга на санных подводах вышли 17 марта 1730 года. Спустя неделю подошли к селению Кандалакша. Там осталась треть нашего обоза для лова сельди. Потому как в Кандалакшской губе при селах Кандалакша, Ковда и Кереть вели сельдяной промысел. Для лова сей рыбы употребляются стоячие сети и обыкновенные неводы… Сельдь ходит великими станицами… Промышленники из одного невода нагружают иногда по две и по три лодки. В Кандалакше два дня стояли. На погосте несколько семей – саамов, одни живут в вежах – утепленных шалашах, другие – в тупах - небольших четырехстенных срубах с маленькими окнами, покрытыми дерном. Плоская крыша тупы засыпана землей еще с лета. Олени у них главный домашний скот. Кожи оленей употребляются на обувь, на платье, на наволочки к перинам и прочие нужды.

Сами лопари на наволочках не спят, а наволочки свои продают приезжим или променивают на нужные им вещи. Для езды в гости сбрую на оленей держат унизанную бисером и ушитую маленькими лоскутками разных цветных сукон. Обувь свою (каньги), по сторонам тоже бисером унизывают. Нас, гостей, песнями привечали. Угощались мы яствами рыбными – семгою да сигом, морошкою, молоком топленым. Сказывали нам, что из морошки, настоянной на сосновых шишках, и ржаного солода делают они питье кислое, которое от «цынготной» болезни их в зиму оберегает.

Что ж, время торопит. Трогаем дальше. До Колы еще дня два пути, коли погода не подведет. Весна в нынешних местах не жалует теплом. Бывает и мороз лютует, и метели вьюжат – так местные жители нас оповестили. Что ж путь уж недолог. К нам на подводу проводником пристроился кольский лесничий Константин Соловцов. Все расспрашивал о граде петровом. Да и о своем рассказывать-то горазд. Вот, мол, солеварню недавно отстроили, нужное дело. А в этих местах, в речушке Поной, с небольших плотов ловят жемчужные раковины. Раковины, которые от светлости воды, глубже сажени видеть можно, вынимают на конце расщепленным долгим шестиком. Миновали еще два дня пути. Вот и Кола.


Первое упоминание о Коле.JPG

Поселение возникло в году 1556. Наш обоз проходит мимо Кольского острога. Место хмурое. Ссыльный люд тут пребывает. «Первый наказ о "починке города и острога" кольские стрельцы получили в 1700 году от самого Петра I. Под руководством воеводы Григория Козлова под стеной острога соорудили бревенчатый отруб с перерубами, подходивший к воротам Егорьевской башни, выкопали колодец на случай длительной осады, построили лестничные переходы, привели в порядок артиллерию и поставили ее на колеса. Далее, чтобы не допустить проникновения "воинских воровских кораблей" в Колу с моря, решено было создать крепость в самой Коле, откуда предполагалось вести пушечный огонь по прорвавшимся к городу судам, если такое все же произойдет» - продолжал свой сказ наш попутчик.

Но вдруг Степан Абаляев вскричал что есть мочи: «Вот же он, собор необыкновенный!»

Взору нашему представился девятнадцатиглавый Воскресенский собор. А Константин Соловцов опять заговорил: «Собор-то этот был построен в 1681-1684 годах неизвестным мастером. Срублен из крупных бревен и без единого гвоздя возведен. Наружные размеры его без крылец 26,4х26,4 метра. Высота 36 метров. Состоит собор из трех соединенных вместе церквей, перекрытых низкими шатрами, которые увенчаны пятью главами каждый. С севера -Георгиевская церковь, с юга - Никольская, а в центре - церковь Воскресения Христова. Крест главного купола возвышается над землей на 37 метров. Пол храма приподнят от земли на три метра. Плоские кровли имеют двойное дощатое покрытие; шатры, барабан над западным прирубом и все главы покрыты деревянной чешуей – «лемехами». С восточной стороны Воскресенского собора в сторону угловой башни стоит шестигранная колокольня с шатровым верхом, с пятью колоколами весом - 75 пудов, 20, 4, 2 и 1. В храме имеется 20 окон, "царские двери резные и вызолоченные». Внутри собора двуярусный богатый иконостас с множеством икон, украшенных золотом, серебром и жемчугами. Среди них огромная храмовая икона Воскресения Христа размером 160 х 140 и запрестольная икона Божией матери. Эта икона силу чудотворную имеет». (Прим. Авт. - Сожжен собор англичанами в 1854 году).

И вошли в собор величественный все мы - путники поклониться Святыне Великой. И просили у нее заступничества и покаяния. И долго молились и молчание хранили. Довелось мне, Петру Шафирову, с другом моим Степаном Абаляевым в этом далеком предприятии повстречать человека необычайной силы. Сказывали, что и в 14-то годков он 30-летних крепких лопарей побарывал и перетягивал. А уж к 19 и вовсе возмужал. Михайло Ломоносов это был. С отцом своим Василием Дорофеичем в артели на промыслах трудился. Славный малый. Отец было задумал его на колянке женить, да Михайло больным сказался. А вскоре с рыбным обозом и вовсе ушел. Говорят в Москву, учиться. В августе того же года завершился наш промысловый поход. Удачным оказался. Вот она сила-то превеликая – икона во всем нам помогала».

Персональные инструменты
Инструменты
Акция час кода 2018

организаторы проекта