Выступления участников сетевой конференции жителей исчезнувших деревень

Материал из Letopisi.Ru — «Время вернуться домой»
Перейти к: навигация, поиск
Проект "Исчезнувшие деревни России"


На этой странице размещаются выступления (рассказы) участников сетевой конференции жителей исчезнувших деревень России.

По этим материалам будут созданы статьи о деревнях, которых больше нет на карте.

Участником может стать любой зарегистрированый летописец. Присоединяйтесь!

Обращаем внимание: пока это необработанные рассказы участников, представляющие собой материал для будущих статей!


Содержание

Село Подужемье

Фадеева Вера Фёдоровна (коренная жительница села), родилась в большой многодетной семье. Её родители: папа - Фадеев Фёдор Васильевич и мама - Фадеева Матрёна Андреевна. Отец был рыбаком, ловил в Белом море рыбу, во время войны был председателем. Мама работала в колхозе. У них в семье было 8 человек, сейчас в живых осталось 6 человек: 3 брата (Анатолий, Евгений, Николай), 3 сестры (Людмила, Надежда, Вера). Все они выросли и сейчас у всех свои семьи. Часть их живёт сейчас в Кеми, две сестры в Мурманске. Уже есть 21внук, 5 правнуков. В селе отмечали престольный праздник Успенье, который отмечали 28 августа. Приезжали гости из других деревень, пекли пироги из морошки, брусники, черники, а также рыбники из сёмги. Деревня состояла из 110 дворов, по берегу реки стояли бани. Достопримечательности: на горе стояла церковь там службу проводил дедушка Веры Фёдоровны. Позднее там сделали клуб, где показывали фильмы, концерты художественной самодеятельности. Под горой стояла часовня, позднее на её месте построили остановку. Народ в основном занимался сельским хозяйством, рыболовством. В двух километрах от посёлка был порог Вочаж. Сейчас на его месте построена Подужемская электростанция. Была школа из 2 -х этажей.Учителя: Прасковья Андреевна Фёдорова, Пелагея Григорьевна Фокина- младшие классы

Рассказ Лемпи Ивановны Куликовой (Ложкиной)

Родилась в деревне Кизрека тогда Карело-Финской АССР Кестеньгского района - сейчас это Лоухский район. Деревня состояла из 70 дворов. Был рыболовецкий колхоз "Ударник" - ловили рыбу в Топозере. Моторок не было. На деревянных самодельных лодках ловили рыбу неводами, я тоже была рыбачкой. В 1941 году нас эвакуировали в Архангельскую область, где жили до 1946 г. Когда вернулись обратно, деревня была сожжена немцами полностью, 2-3 баньки остались. Огороды заросшие были. Стали обустраиваться, строить дома. Восстановили колхоз. После войны нас возили в школу-интернат в Кестеньгу, домой приезжали только на каникулы. Прожила там до 1951 года, выехала оттуда в Кемский район. Чуть позднее В Новом Софпороге началось строительство гидроэлектростанции, и деревни, которые находились по берегу Топозера, были затоплены, жители пересены в Кестеньгу - на пароходе. Та же участь постигла прибрежные деревни Варакюля, Карелакша, Шолопово.

Рассказ Данильевой (Абрамовой) Юлии Васильевны

Родилась в деревне Рига-река Кемского р-на. Деревня была небольшая, всего 10 домов. В основном занимались лесозаготовкой. Спускали в реку, и брёвна сплавлялись по реке Охта через пороги в реку Кемь. В этой деревне были очень добротные поля, выращивали даже пшеницу, была своя мельница и специальный амбар, где хранилось зерно. Ручной привод, маленькими детьми мы пробовали крутить тяжёлый каменный жернов. Классе в 4 я была. Поля были личные и колхозные, детьми работали мы в этом колхозе. Убирали картошку, морковку, пшеницу, зарабатывали трудодни. Мама была бригадиром, составляла наряды, я сама ходила с бумагами (наряды) в село Маслозеро в сельсовет за 10 километров, там начислялась зарплата (это 1956 год): рубль-полтора. Была река Рига, потому что была мельница - по-карельски Ригачу. Очень богатая рыбой, и жители в большой мере этим жили. У всех были коровы, делали масло. В магазине покупали только сахар, крупу, растительное масло, ткань. Дома в основном были двухэтажные, вроде купеческих. На первом этаже держали дрова, сено и бочки с рыбой - солили, грибы, ягоды. Самый престольный праздник был Успеньё. Рядом были деревни Алозеро, Юлеозеро, Ушково, центр - Маслозеро. Лежево, Пебозеро - все исчезли. Прекратилась лесозаготовка, хотя лесу было много, люди разъехались по всей России - это 1963-1964 годы. Никому из жителей не предоставлялось ни нового жилья, ни денег не давалось - компенсаций за дома. Сами искали, куда ехать. Закрыли магазин и сказали: ищите место. Я вышла замуж, переехала в Подужемье. Родители переехали в дер. Панозеро, оставив дом. В Маслозере был интернат, там учились до 4 класса, на выходные ходили домой, после учились в интернате в Подужемье.

Интересно игрались свадьбы. Посреди дороги разжигался огромный костер, и на лошади (карета) нужно было проехать сквозь костер. Когда пара сидела в горнице и гости садились за стол, с улицы кто-то стрелял в крышу из ружья под окном, где сидели молодые, должен был отстрелить кусок крыши. Затем молодые выходили на середину деревни, где стояли большие качели, гости вставали вокруг и раскачивали - доска на веревках. Играли в лапту, в день свадьбы тоже - популярная игра была.

Мартынова Екатерина Ивановна

Родилась в селе Подужемье, там жила до 1943 года по окончании 7-ого класса, потом весь наш 7 - ой класс взяли в ФЗО №5 на Рабочем острове в Кеми, и там мы учились 9 месяцев, по профессии столяр-станочница по дереву. После окончания училища нас отправили работать в село Надвоицы на мебельную фабрику Там мы работали самостоятельно, а потом нас расформировали, кого-то отправили на юг Карелии в Сортавалу, а меня и подругу отправили в посёлок Видлицы Но я туда не попала, потому что заболела и приехала снова к родителям в село Подужемье. А когда уже поправилась, папа меня повёз в город Кемь на гидрологическую станцию. Там меня взяли учеником техника-гидролога и по этой профессии я работала до 1955 года. Семья В 1951 году вышла замуж за Мартынова Фёдора Ивановича. Мы прожили недолго, его взяли в армию во флот, он отслужил почти 5 лет. Этот период мы с дочерью Лилей жили у моих родителей. Муж демобилизовался в октябре 1955 года. До армии он работал в НГЧ столяром, и после армии отправился опять в НГЧ, и переехали на станцию в городе Кемь и жили там 3 года, в это время в самом городе мы строили свой дом по ул. Некрасова 64.

Файл:Родня Луизы Горюновой.jpg
Родня Луизы Горюновой. Её мама (слева)
Файл:Семья кондратьевых.jpg
Семья Кондратьевых. Самая маленькая - мать Луизы Горюновой.

Мой сын: Владимир, 1957 года рождения, сейчас работает шофёром, живёт в Кеми, скоро ему будет 50 лет, у Владимира есть сын.

Моя дочь: Лилия, 1951 года рождения

Вышла замуж, уехала в Туркмению, в город Мары, и сейчас живёт там. У Лилии 2 сына и дочь. Моего мужа уже нет в живых, он умер в 2002 году. Я живу одна.

Я уже 5 лет занимаюсь в ансамбле «Руско», на занятия хожу 2 раза в неделю. Мне там очень нравится. 4-е поколение Мартыновой Екатерины Ивановны. Луиза Петровна Горюнова (девичья фамилия Кожедубова, из рода Кондратьевых), воспитывалась в детском доме, в посёлке Сальми, Питкяранского района. Туда была отправлена после смерти матери. Всего в семье осталось 5 чел: 4 мальчика и одна девочка, собственно Луиза Петровна. Последующая жизнь прошла в поисках. Луиза Горюнова всегда искала своих родственников, свои корни, и наконец всех нашла и со всеми познакомилась. Сейчас она продолжает приезжать на встречу деревень, на свою родину, на родину своих предков и родителей.

Мартынова Анфиса Николаевна

Мартынова Анфиса Николаевна родилась и выросла в Подужемье. В её семье было девять человек: отец, мать, старая бабушка и 6 человек детей. Жили, по её словам дружно. Отец был рыбаком и целыми днями пропадал в море или чинил свою лодку на берегу. Мать работала в колхозе и тоже пропадала на работе. Тем временем дети в тёплое время года ходили в лес за ягодами, грибами. "Как много было ягод!» -вспоминает Анфиса Николаевна: " Выходишь на поляну, а там красным-красно от брусники! А ягодки одна к одной крупные, зрелые так и светятся изнутри! Такие собирать - одно удовольствие". Но увлекаться собирательством тоже было нельзя. Распорядок дня в семье Анфисы Николаевны был очень строгий. Ели три раза в день в одно и то же время. Кто не успел к столу, тот сидит без еды.

С большой теплотой вспоминает Анфиса Николаевна о празднествах, проводившихся в Подужемье. Особенно ей нравился праздник Успеньё, который проводился в месте, которое называлось Тайвал. В колхозе этот день объявлялся выходным и являлся праздником для всех подужемцев. Рыбаки привозили сёмгу, женщины готовили из неё уху и рыбники, потом приносили горячие самовары. Во время праздника много пели и плясали. Молодёжь с удовольствием танцевала тогда современные танцы вальс и фокстрот, а старики предпочитали более спокойные танцы, например утушку. "Была и поляна игрищ» -припомнила Анфиса Николаевна -"там мы играли в милые сердцу игры: лапту, салочки, зимой катались с гор. Кто-то из местных умельцев вбил столб в центр поляны и прикрепил к нему санки. Получилась такая импровизированная карусель, развлекавшая и детей и взрослых. Вообще, люди в Подужемье были очень отзывчивыми и добрыми. Они не могли равнодушно пройти мимо чужого горя".

Когда Анфисе Николаевной было 11 лет, началась Великая Отечественная война. Дома подужемцев занимала воинская часть. Большей частью, солдаты просто вышвыривали семьи на улицу, а сами с комфортом располагались в доме. Анфиса Николаевна вспоминает, как она стояла на дороге с протянутой рукой, а мимо равнодушно ходили солдаты и только изредка швыряли в ладошку ломтик хлеба.

Но война кончилась. Анфиса Николаевна уехала учиться и вернулась в Подужемье уже бухгалтером. Она призналась: «По иронии судьбы стала я помощницей разрушителей родной деревни"

Анфиса Николаевна уже обзавелась семьёй, когда в почтовом ящике оказалось извещение, предупреждающее о скором сносе домов. "Нам, конечно, предоставили квартиру в новостройках на Беломорской улице, но мой муж и я построили свой дом в тихом зелёном Совхозном переулке. После сноса Подужемья мы стали жить там. Я, как и многие жители Подужемья, не присутствовала во время гибели моей деревни, слишком большим шоком это могло быть для меня, но всё равно сердце обливалось кровью, когда я осознала, что потопили не только мою деревню. Потопили и все традиции, все обычаи, связанные с моим Подужемьем. Многие бывшие жители потопленной деревни стали умирать от инфаркта, инсульта. Или просто - причина была неустановленна. Но я знаю, что люди не перенесли гибели Подужемья, умерли от тоски по своей деревне, своим двухэтажным домам, поляне с каруселью, весёлым праздникам. Мой муж умер десять лет назад - лёг и не проснулся, но по той же причине ".

У Анфисы Николаевны сейчас один сын - инвалид (младший погиб от облучения пять лет назад), два внука, которые сейчас в Петрозаводске и один правнук.

Анфиса Николаевна сказала: " Варварское уничтожение уникальной деревни, невозможно простить. Уничтожено не просто поселение, уничтожена целая культура, ради маломощных турбин ГЭС. Я считаю, что можно было найти другое место для строительства гидроэлектростанции, но восстановить деревню, увы, невозможно".

Персональные инструменты
Инструменты
Акция час кода 2018

организаторы проекта